«современные ереси, лжеучения и нарушения канонов Православной Церкви»

 НОВОСТИ  •  ИНФОРМАЦИЯ О САЙТЕ  •  ПРАВОСЛАВНОЕ ИСПОВЕДАНИЕ ВЕРЫЛЖЕПРАВОСЛАВИЕ В ЛИЦАХ •  ЕРЕТИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ  •  ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ • ФОТОАЛЬБОМ  •  ВИДЕО
БРАТЬЯ И СЕСТРЫ! ПРОЕКТ НУЖДАЕТСЯ В ВАШЕЙ ПОДДЕРЖКЕ! РЕКВИЗИТЫ ДЛЯ ПОЖЕРТВОВАНИЙ: ЯНДЕКС-ДЕНЬГИ - 410011201452657, WEBMONEY - R338898210668, Z104647489717 
Меню сайта
Категории раздела
АВТОКЕФАЛИЯ УПЦ МП [32]
АГАПЫ [1]
АНТИХАЛКИДОНИТЫ [47]
АПЭ И КПД [0]
АТЕИЗМ [2]
АСТРОЛОГИЯ [1]
БАПТИЗМ [8]
БЕССАРАБСКАЯ МИТРОПОЛИЯ РУМЫНСКОЙ ПЦ [0]
БИОЭТИКА [10]
БОГОСЛУЖЕНИЯ В ИНОСЛАВНЫХ ХРАМАХ [6]
БРАДОБРИТИЕ [1]
БУДДИЗМ ИНДУИЗМ ЯЗЫЧЕСТВО [16]
ВОСЬМОЙ СОБОР [102]
ГЛОССОЛАЛИЯ [1]
ДИОМИДОВЦЫ [0]
ДУХОВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ [82]
ЕВАНГЕЛЬСКИЕ ГРУППЫ [3]
ЕРЕСЬ АРХИМ. ТАВРИОНА (БАТОЗСКОГО) [2]
ЕРЕСЬ МИТР. АНТОНИЯ СУРОЖСКОГО [5]
ЕРЕСЬ О ГРАНИЦАХ ЦЕРКВИ [16]
ЕРЕСЬ О НЕВЕЧНОСТИ МУК [10]
ЕРЕСЬ О ПЕРВОРОДНОМ ГРЕХЕ [2]
ЕРЕСЬ О ПРИРОДЕ ХЛЕБА И ВИНА [1]
ЕРЕСЬ О ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЕ СПАСИТЕЛЯ [0]
ЕРЕСЬ О. АЛЕКСАНДРА МЕНЯ [28]
ЕРЕСЬ О. АЛЕКСАНДРА ШМЕМАНА [14]
ЕРЕСЬ О. ГЕОРГИЯ КОЧЕТКОВА [45]
ЕРЕСЬ О. ИОАННА МЕЙЕНДОРФА [1]
ЕРЕСЬ О. ПАВЛА ФЛОРЕНСКОГО [2]
ЕРЕСЬ О. СЕРГИЯ БУЛГАКОВА [2]
ЕРЕСЬ ПРОФ. ОСИПОВА [2]
ЕРЕТИЧЕСКИЕ КНИГИ [15]
ЕРЕТИЧЕСКИЕ СМИ [1]
ЖЕНСКОЕ СВЯЩЕНСТВО [25]
ЗАПАДНЫЙ ОБРЯД В ПРАВОСЛАВИИ [1]
ЗАЩИТА КОЩУНСТВА [9]
ИКОНОБОРЧЕСТВО [4]
ИМЯБОЖНИЧЕСТВО [2]
ИСЛАМ [50]
ИУДАИЗМ [30]
КАЛЕНДАРНАЯ РЕФОРМА [15]
КАТОЛИЦИЗМ [164]
КОЗЛОГЛАСИЕ [1]
КОЛЛАБОРАЦИОНИЗМ [4]
КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ ПАТРИАРХАТ [0]
КРИПТОХРИСТИАНСТВО [2]
КРИТИКА СВЯТЫХ [0]
КРИТИКА ЦЕРКВИ [3]
ЛЖЕМИССИОНЕРСТВО [13]
ЛЖЕСТАРЧЕСТВО [4]
ЛИТУРГИЧЕСКОЕ ОБНОВЛЕНИЕ [41]
МАРОНИТЫ [1]
МАСОНСТВО В ЦЕРКВИ [1]
МОЛИТВЫ С ЕРЕТИКАМИ [37]
МОШЕННИКИ [2]
НАГРАЖДЕНИЕ И ПОЗДРАВЛЕНИЯ ЕРЕТИКОВ [34]
НАРУШЕНИЕ ПОСТОВ [3]
НЕСВЯТЫЕ СВЯТЫЕ [1]
НИКОДИМОВЦЫ [1]
ОККУЛЬТИЗМ [3]
ОСВЯЩЕНИЕ НЕПОТРЕБНЫХ МЕСТ [6]
ОТМЕНА КАНОНОВ [0]
ОТРИЦАНИЕ ЧУДЕС [0]
ОФИЦИАЛЬНЫЕ ОБРАЩЕНИЯ К СВЯЩЕННОНАЧАЛИЮ [14]
ПЕРЕВОДЫ И ИЗМЕНЕНИЯ Ц-СЛ ТЕКСТОВ [10]
ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ [10]
ПОМИНОВЕНИЕ УСОПШИХ [7]
ПРАВОСЛАВНАЯ КУЛЬТУРА [21]
ПРАВОСЛАВНАЯ МЕДИЦИНА [7]
ПРАВОСЛАВНАЯ ПСИХОЛОГИЯ [4]
ПРАВОСЛАВНАЯ ЭКОЛОГИЯ [8]
ПРАВОСЛАВНЫЕ БАЙКЕРЫ [12]
ПРАВОСЛАВНЫЙ БАНКИНГ [0]
ПРАВОСЛАВНЫЙ СПОРТ [39]
ПРАВОСЛАВНЫЙ СТРИПТИЗ [3]
ПРАВОСЛАВНЫЙ ЮМОР [4]
ПРОРОЧЕСТВА [7]
ПРОТЕСТАНТИЗМ [14]
РОК-РЭП-ПОП-ДЭНС-МИССИОНЕРСТВО [11]
РПЦЗ [0]
РПЦЗ (А) [0]
СКАУТЫ [2]
СОВРЕМЕННЫЕ ХРАМЫ [4]
СОДОМСКИЙ ГРЕХ [16]
СОЦИАЛЬНАЯ КОНЦЕПЦИЯ [0]
СОЦИАЛЬНОЕ ХРИСТИАНСТВО [1]
СТАРООБРЯДЧЕСТВО [4]
СТЯЖАТЕЛЬСТВО [6]
ТАБАКОКУРЕНИЕ [0]
ТАИНСТВО БРАКА [4]
ТАИНСТВО ЕЛЕООСВЯЩЕНИЯ [0]
ТАИНСТВО КРЕЩЕНИЯ [6]
ТАИНСТВО СВЯЩЕНСТВА [1]
ТОЛЕРАНТНОСТЬ [7]
ТРАНСГУМАНИЗМ [3]
ТРУДОВАЯ ДЕЯТ-ТЬ КЛИРА [5]
УАПЦ [1]
УГКЦ [0]
УПЦ КП [2]
УПЦК [0]
УРАНОПОЛИТИЗМ [11]
ФИНСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ [0]
ЦЕРКОВНАЯ ЦЕНЗУРА [1]
ЦЕРКОВНЫЕ ОБЛАЧЕНИЯ [6]
ЭВОЛЮЦИОНИЗМ [13]
ЭКУМЕНИЗМ [83]
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 166
Статистика
Яндекс.Метрика Каталог сайтов OpenLinks.RU Каталог сайтов Всего.RU Goon Каталог сайтов
Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0
Главная » 2009 » Февраль » 9 » 2009 год Роман Вершилло. Без догмата. О взглядах о. Георгия Кочеткова в их связи с масонской идеологией (часть1)
19:28
2009 год Роман Вершилло. Без догмата. О взглядах о. Георгия Кочеткова в их связи с масонской идеологией (часть1)

Без догмата. О взглядах о. Георгия Кочеткова в их связи с масонской идеологией (Часть1)

Posted on 09.02.2009 by Роман Вершилло

Роман Вершилло

Вышедшая в 2000 г. книга “Суд им давно готов” [1] является весьма достойным образцом антиеретической пропаганды, тем более удачным, что невозможно не разделять негодование авторов по поводу секты о. Георгия Кочеткова.

Не имея ввиду сделать какие-либо существенные дополнения к этому полезному изданию, хотелось бы высказать некоторые замечания.

Книга “Суд им давно готов” предназначена для православных верующих, и в ее успехе не приходится сомневаться. Однако собственно боевая сила аргументации авторов скорее вызывает недоверие. На наш взгляд, она не затрагивает основы сектантского способа мысли, специфического именно для этой секты. Такой же недостаток можно отметить и в заключении Комиссии Московской Патриархии по богословским изысканиям священника Георгия Кочеткова от 15 ноября 2000 г.

Задача богословского рассмотрения состоит не только в том, чтобы опровергнуть по порядку все заблуждения и неточности у данного автора, но и в том, чтобы выявить корень заблуждения. Так обнаружится то, от чего еретик и сектант не может отказаться без того, чтобы не отречься от секты и ереси. А от второстепенных своих убеждений они отказываются легко.

В данном случае, прежде чем спорить с сектантами о догматах, следовало бы решить: а признает ли данная секта догмат вообще.

Священник Георгий Кочетков определенно не признает. Отсюда, упрекая его в искажении догматов, в том, что он подпадает под анафематизмы против Нестория и т.п., следует помнить, что эта полемика оставляет нетронутым основное ядро его убеждений.

Затем, следует отдать должное и о. Кочеткову, который бесспорно не является несторианином, что видно хотя бы из того, что настоящие несториане его таковым не признают, единомышленником не считают, общения с ним не имеют и иметь не захотят.

Несторианство имеет свои исторические и догматическое корни, а группа о. Кочеткова – свои.

Во-вторых, о. Кочетков заявляет, что признает догматы, и очевидно, способен заявить о своем полном согласии с догматами Православной Церкви. При этом он подразумевает под “догматом” и “догматикой” нечто совсем иное, чем Православная Церковь. Следовательно, его искажение не в словах, а в том, что он с правильными словами соединяет неправильные воззрения.

Итак, в споре с данной группой православный человек сталкивается с омонимией, спрашивая: признаете ли вы догмат о Богочеловечестве Христа, и получая утвердительный ответ. Омонимия состоит в том, что они имеют в виду под словом “догмат” одно, а православные совершенно другое.

Вторая не решенная и не поставленная в книге “Суд им давно готов” проблема: почему в центре учения о. Кочеткова стоит община, причем особым образом структурированная и возрастающая мистически и физически.

А ведь это первое, что бросается в глаза, почему по преимуществу и говорится об “общине”, или о “секте” о. Кочеткова.

Итак, предлагаем для рассмотрения два положения:

1) система убеждений о. Кочеткова недогматична;

2) в центре этой системы стоит данная и единственная в своем роде община.

Эти же две фундаментальные идеи лежат в основе и такого мировоззренческого течения, как масонство.

__________________________________________

1. Догмат.

Существует два воззрения на мир: догматическое и недогматическое. Первое является обычным и обыденным. Догматика в обычной жизни и в быту присутствует повсеместно. Только твердо зная, что огонь добывается трением и что камень падает вниз, можно вести упорядоченный и относительно безопасный образ жизни.

Это тем более верно для сферы отвлеченной. Здесь догматический подход выражается прежде всего в языке. Чтобы речь была возможной в принципе, необходимо, чтобы каждое слово имело в высказывании свое определенное значение, и это значение не было произвольным.

Из сказанного ясно, что даже догматы обыденной жизни вполне сочетаются с верой, поскольку самые фундаментальные положения принимаются без исследования, на веру.

Поэтому догматическая система воззрений является весьма существенной для любых государственных и общественных установлений. Такая система присуща и Церковному учению, которое называется “догматическим”.

__________________________________________

2. Адогматизм.

Адогматическая система – это живая жизнь без верха и низа, расплавленная магма бытия. Такое поэтическое миросозерцание является новейшим, и возникает в последние века Западной цивилизации.

В адогматической системе камень может вести себя как угодно, а слово может значить то одно, то другое, то все вместе взятое.

В обыденном плане такое воззрение является опасным для жизни, но не менее опасно оно для любой упорядоченной философии и веры.

Проникая внутрь государства и общества, а также Христианской Церкви, адогматизм начинает выступать в своем истинном виде – в виде революции.

Среди множества адогматических систем особенно выделяется масонская идеология. Кратко выражая ее сущность, можно сказать: масонство – это порыв к жизни без оснований; к жизни как таковой; к жизни, потому что она живет сама собой. В этом смысле масонство справедливо может быть названо революцией, хотя бы даже еще бесформенной, еще не направленной на разрушение чего-то определенного. Масонство – это всегда великая революция, даже если выглядит всего лишь как туман в пробирке.

Масонство – первообраз всех переворотов, та бесформенная основа, где все вещи вместе. Оно одновременно и первобытная неустроенность мира, и хаос, который должен наступить после всех потрясений. Масонское братство выступает в одно и то же время и как итог Отступления от истины, и как первообраз всех отступлений.

Масонство сильно еще и тем, что в нем средство и цель совпадают. Масонская идеология настаивает на своей всеобщности, общепонятности, и эта же бесформенность – то есть отсутствие догматов – оказывается разрушительной для всего, к чему масонство прикасается.

__________________________________________

2.1. Несектантский характер масонства.

Масонство общепонятно. Как пишет в своей авторитетной масонской энциклопедии Алберт Маккей: “Масоны справедливо гордятся тем, что обладают знанием всеобщего языка, который способны понимать все люди, на каких бы языках они не говорили” [3. P. 189].

Чтобы быть общепонятным, масонство отказывается от любых необщепринятых человечеством догматов, и в этом выражается его несектантский характер.

Масонство признает только то, с чем согласны все люди. Как говорится в основополагающем документе современного масонства: “Теперь сочтено лучшим обязывать членов масонского братства только к той религии, в которой все люди согласны, и затем их особенные мнения предоставить им самим; то есть быть людьми добрыми и верными, или людьми чести и честности, какими бы названиями или убеждениями они не отличались” [9. С. 19-20].

Поэтому тем же документом в среде масонов исключаются любые разногласия: “Никакая вражда или ссоры не должны быть приносимы к дверям ложи, и еще менее какой-нибудь спор о религии… так как мы все, как каменщики, держимся только упомянутой выше всеобщей религии” [9. С. 23].

В этом смысле становится возможным говорить о “масонском символе веры”. В “Словаре” Маккея сказано: “Символ веры масона – краткий, неотягощенный схоластическими тонкостями или богословскими неясностями. Этот символ веры требует всеобщего согласия всех людей, не допускает никаких сомнений и отрицает всякое разделение на секты. Это вера в Бога, Верховного Архитектора неба и земли, Раздаятеля всех благих даяний и Судьи живых и мертвых” [3. PP. 65-66].

В отличие от прочих посвятительных обществ масонство не эксклюзивно. Оно экуменично: весь мир – это ложа, и ложа – весь мир.

“Религия масонства является несектантской. Она привлекает к себе людей всех исповеданий, отвергая при этом религиозные институции; и только на этом основании масон и должен выступать в защиту своей веры” [20. P. 618-619].

“Мир – это ложа” [3. P. 106].

“Символически масонская ложа является изображением мира” [3. P. 198].

“Ложа должна изображать собою мир (Freemason’s Chronicle. 1890. I. P. 99)” [4].

“Комната Масонской ложи в ритуале играет роль символа мира… Мир, который изображается, это мир масонский” [12. P. 125].

Вне масонских лож – больше масонов, чем внутри: “Вне Великого Братства масонов больше, чем внутри него (Freemason’s Chronicle. London. 1889. II. 257 sq.)” [4].

Масонство опирается на то, что не вызывает споров, и неудивительно, что оно столь распространено в современном мире. Оно распространено, потому что и хочет быть распространено.

Поэтому справедливо говорится, что масонство является самым понятным и широко распространенным идеологическим кодом современной эпохи. Так, вселенская проповедь терпимости и политической корректности есть одно из важнейших проявлений масонской идеологии. Один из современных авторов Ричард Смоули (не масон) отмечает: “Наша цивилизация может быть названа в своих основаниях “масонской” [8]. И до сих пор не появилось ничего, что могло бы потеснить масонство в качестве идеологии “Нового мирового порядка” и информационной эры.

__________________________________________

2.2. Опыт.

Отсутствие догматов делает невозможным общение между людьми. В самом деле, как передать свою мысль, если ты обязан говорить только то, с чем согласен любой из собеседников?

Чтобы быть понятным, масонство заменяет догмат опытным способом познания. Причем это опыт живой, истекающий только из того же опыта, сгущающийся и разрежающийся в познаваемых формах и опять растворяющийся в ткани того же опыта. Опыт происходит из опыта, сам себе создает принципы и еще имеет личностную структуру.

Само масонство не имеет твердых законов. Как пишет католический ученый: “В действительности в масонстве просто не существует такого органа власти, который бы мог установить неизменные положения (ландмарки) или основные законы” [4]. Даже “Конституции” Андерсона, которые считаются книгой законов масонства, сами по себе не действуют, если не признаны отдельной Великой Ложей.

Популярный исследователь тайных обществ Георг Шустер пишет: “Нет никакого основания говорить о какой-либо франкмасонской догме. Франкмасонство, вследствие его чисто человеческого и космополитического характера, особенно избегает всяких догматов. Религиозные догматы разъединяют людей и легко приводят к борьбе мнений… Франкмасонство не хочет разъединять людей, а напротив, стремится собрать в своих ложах людей всех исповеданий. Благодаря этому оно возвысилось до того понимания религии, которое… “одно лишь достойно свободного человека”. Франкмасонство признает, что “религиозные догмы – это истины для души, что истины эти для верующего не только не менее, но даже еще более несомненны, чем все то, что может быть измерено и осязаемо, но для неверующего они совершенно не существует, религия – это субъективная потребность слабого человеческого сердца, и именно потому не может быть предметом спора. Ибо вопрос о нравственном достоинстве человека решается не тем, во что он верит, но тем, как он верит” [19. С. 86].

Не имея убеждений и принципиально изгоняя убеждения, масонство становится подвижным: “Масонство – не неподвижный опыт, а опыт прогрессирующий, развивающийся” [12. P. 127].

__________________________________________

2.3. Символизм масонства.

Поскольку без догматов ничего нельзя объяснить, то в масонстве никто никому ничего не объясняет и никто не учит другого в обычном смысле слова. Ученик сам должен через свой опыт понять масонство. Обучение и духовная жизнь в общине представляется не в виде обычного пути от простого к сложному, от начала к концу, а в виде общекосмической драмы, разыгрываемой в обрядах, аллегориях и баснях. Ученик постигает истину сам собой, через участие в обрядах, самой жизнью внутри общины.

Ведь, повторяем, масон не связан никаким, в том числе и масонским, символом веры. Оккультист Мэнли Холл указывает, что “истинный масон не связан никаким исповеданием веры. Он осознает, что… его религия должна быть всеобщей: Христос, Будда, или Магомет, – имя не имеет значения. Масон признает только сам свет, но не носителя его. Он молится в любой святыне, поклоняется перед каждым алтарем: в храме ли, мечети или соборе, – постигая своим правильным образом единство всех духовных истин” [5. P. 65].

Опыт, который Холл называет “светом”, отвлечен от конкретного носителя и закрепляется в аллегориях и символах. Эта символичность лежит в самом основании масонства, является его существом.

“Масонство, согласно официальным английским, шотландским, американским и прочим ритуалам, обычно определяется как “особая (иногда: “особенная”; “прекрасная”) система нравственности, окутанная в иносказание и изображаемая в виде символов”,- пишет немецкий ученый Герман Грубер [4].

Пек (Peck, M.C.) дает следующее определение: “это наука, занятая поиском Божественной Истины и использующая символику в качестве средства обучения” [7. P. 394-395].

Алберт Пайк – один из главных идеологов североамериканского масонства XIX века – писал: “Символизм масонства – это сама суть масонства” [Ars Quatuor Coronatorum. Transactions. London. XVI. P. 28].

Другой масонский деятель утверждает: масонство “от начала до конца – это символ, символ, символ” [Boyd, the Grand Orator of Missouri//Freemason's Chronicle. 1902. I. P. 167].

Настаивая на своей символичности, масонство понимает это как свое право понимать внешние знаки так, как ему хочется: “Не довольствуйся никогда одним звуком аллегорических слов: но старайся и тщись испытать внутренний смысл оных, по примеру древних”,- учит масонское руководство [6. С. 222].

Католический исследователь масонства пишет: “Главная польза для масонства от этого символизма… состоит в следующем.

(1) Поскольку символика масонства приспособлена ко всем возможным мнениям, учениям и вкусам, она привлекает кандидата и занимает ум и воображение посвященного.

(2) Символизм сохраняет масонство в его целостности как несектантское объединение, несмотря на все различия религий, национальностей, народного самосознания и индивидуальных устремлений.

(3) Символика соединяет умозрительную и практическую мудрость всех веков и народов в один всеобщий понятный язык.

(4) Символика учит масона считать существующие установления: религиозные, политические и общественные, – переходными стадиями развития человечества, и учит его находить самостоятельно то, что можно изменить в мире во имя масонского прогресса, и находить средства для достижения этого.

(5) Символика учит масона смотреть на учения и догмы, даже и общепринятые, как на всего лишь субъективные концепции или преходящие знаки более глубокой вселенской истины в духе масонских идеалов.

(6) Наконец, символизм позволяет масонству скрывать свои действительные цели от непосвященных и даже от тех из посвященных, которые неспособны усвоить себе эти цели так, как того требует масонство” [4].

Символика, как мы видим, отвлечена от содержания, и поэтому для ученика открывается только один путь – к свободе понимания слов. Уже становится несущественным то, насколько глубоко человек проникся идеями масонства, важно, что неподвижная догма заменена в его голове подвижным символизмом. Этот переворот в сознании адепта делает едва ли не невозможным обратный путь: от масонства к Христианству.

Ричард Смоули замечает: “Существует множество истолкований масонских ритуалов, символов и значений степеней. Некоторые более вероятны и более авторитетны, чем другие, но самими масонами ни одно из толкований не принимается за абсолютную истину. Можно предположить, что масонство не только хочет оставаться не связанным никаким исповеданием веры и никакой формулировкой, но для масонства полный смысл ритуалов состоит в самих этих ритуалах. Их значение не в открытом и явном смысле слов, а в том результате, который ритуалы оказывают на жизнь кандидата. Если обряд выполнен правильно, то он оставляет свой отчетливый знак на личности, на сознании и подсознании” [8].

Для советских тамплиеров “изучение древних легенд, философия религий, ритуалы рыцарских собраний служили не целью, а всего только средством раскрытия и самосовершенствования личности” [18. С. 66].

Масонские аллегории и легенды не имеют измерения “истинно – ложно”. Их истинность или ложность не имеет никакого значения, поскольку они – всего лишь знак движения духа. Но не только истинность или ложность легенд не имеет значения, они и сами имеют неопределенный смысл, а значит – до конца непонятный и самим посвященным. С масонской точки зрения, это соответствует целям масонского познания.

Многие тайны непонятны сегодня большинству масонов, в чем они сами с готовностью признаются. “Масонство, – говорит Пайк, – ревностно хранит свои тайны и намеренно обманывает самонадеянного искателя тайн” [10. P. 105]. “Посвященных мало, хотя и многие слышат звуки” [10. P. 355].

“Следует заметить, что подавляющее большинство масонов далеки от истинного посвящения и “пребывают во тьме Египетской” [Freemason's Chronicle. 1878. II. P. 28]. Пайк утверждает: “Масонство высших степеней открывает великие истины разумного учения, но о них, и даже об их начатках, Голубое масонство трех низших степеней не имеет вовсе никакого понятия” [11. I. P. 311]. “Голубое масонство делает вид, что обладает таинственными познаниями, и это позволяет ему привлекать десятки тысяч членов. Однако все их претензии на обладание таинственным знанием являются безосновательными и абсурдными” [11. IV. P. 388 sq]. Оливер заявляет: “Братья, занимающие высокие посты и достигшие высоких степеней посвящения, часто незнакомы с основными принципами нашей науки” [Oliver. Theocratic Philosophy. P. 355]. Масон “может пятьдесят лет быть Мастером Стула и не узнать главную тайну братства. Эта тайна, по самому существу, является неуязвимой, потому что о ней можно лишь догадаться самому и ни в коем случае невозможно получить ее от кого-либо из братьев; масон познал тайну, потому что он посещал ложу, замечал, учился и внутренне переваривал увиденное и услышанное. Когда он совершает свое открытие, он оставляет открытое для себя самого, не передавая его даже самому близкому из братьев, потому что, если этот брат не смог познать ее сам, то, приняв ее через словесное научение, он не сможет и применить эту тайну в деле и жизни. Поэтому масонская тайна всегда остается тайной” [Oliver. Hist. Landmarks. I. P. 11, 21; Freemasons' Quarterly Revue. I. P. 31; Casanova in Ragon. Rit. 3rd Degree. P. 35]” [4].

Это означает, что соискатель должен сам искать свет во мраке символизма сообразно своему разумению и без всяких ориентиров и помощи. “Мы сразу не раскрываем значение символов. Мы делаем только самые общие намеки. Ты должен сам самостоятельно найти это неясное и таинственное значение” [14. P. 128]. “Каждый масон должен сам раскрыть тайну масонства, размышляя над его символами и мудро постигая то что говорится и делается во время “работы” [10. P. 218].” Соответственно “масонские символы могут пониматься и понимаются в совершенно разных смыслах” [4].

И не только в разных смыслах, но и во всех смыслах одновременно. Об этом замечательно сказал о. Владимир Лапшин в одной из передач по радиостанции “София”: перечислив несколько значений слова “умилостивление”, указанных в греческо-русском словаре, он замечает: “Возможно, Апостол имеет ввиду все значения сразу”.

Однако, как это может быть? Это только в словаре слово имеет несколько значений, а в человеческой речи если слово имеет сразу несколько смыслов, то это бессмысленное слово. В речи слово имеет или одно определенное значение, или никакого. И чтобы удостовериться в этом, достаточно открыть Первое послание к Коринфянам, где Апостол Павел говорит: сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец (1 Кор. 14:10-11), и приводит пример: и бездушные вещи, издающие звук, свирель или гусли, если не производят раздельных тонов, как распознать то, что играют на свирели или на гуслях? И если труба будет издавать неопределенный звук, кто станет готовится к сражению? (1 Кор. 14:7-8).

Собственно, масонство и сознает мир состоящим только из космополитов, которые являются чужестранцами в любой стране. А для богослова-модерниста было бы в самом деле очень полезно, чтобы никто не готовился к сражению: так его идеи смогут незаметно проникнуть в головы верующих.

Итак, масонство настаивает на своей свободе произвольно понимать и масонские символы, и знаки, слова и догматы вообще.

“Многие писали об истории и символике масонства, но очень немногие писали о внутреннем смысле масонских учений и ритуалов с целью вразумительно изложить фундаментальную философию масонства. Совсем напротив: масонам предлагают, и даже всячески понуждают, составлять свои частные мнения о смысле масонства и его символов” [15],- удивляется один из современных масонов. Видимо, он как раз и относится к числу непосвященных, раз не понимает, что в этой свободе и состоит вся сила идеологии масонства.

Гарри Карр, весьма уважаемый масонский автор, пишет в своем основательном сочинении The Freemason At Work: “Я признаю, что каждый человек призван выработать свою собственную символику и должен поощряться к этому, – и когда он достигнет этого… его символика действительна для него, независимо от внешних логических аргументов” [16. PP. 334-335].

__________________________________________

2.4. Поиск единомышленников.

С помощью всего этого мифического облачения происходит поиск родственных душ, нащупывание тех, кто способен далее продвинуться по степеням посвящений, оглашений и т.п.

Проверяется способность “заглянуть за…”, увидеть неименуемое.

Подробно описывает процесс проникновения за завесу тайны Алберт Маккей: “Во время своего посвящения каждый масон является посторонним: он видит перед собой прекрасную материю, и исследует только ее внешнюю сторону. Он может удовольствоваться только этим, и, увы! многие, слишком многие, так и поступают. Если так, то он навсегда останется экзотериком-масоном. Но есть и другие, любопытство которых не столь легко удовлетворить, они стремятся к большему и более глубокому знанию той структуры, которая была представлена их взору во время посвящения. Они вступают вовнутрь и исследуют ее внутренний узор, они проходят по ее тайным закоулкам, они исследуют ее скрытые комнаты и созерцают ее прекрасные залы. Так их познание храма углубляется, расширяется и они обретают более чистые воззрения на основания этой конструкции, чем выпало на долю их менее взыскательных братьев. Эти люди становятся эзотерическими масонами. Тайны нашего ордена знакомы им как обыденные слова нашей жизни, они являются господами во Израиле, которые руководят и наставляют менее осведомленных, и освещают те пути, которые для всех прочих являются непонятными и темными” [3. P. 94].

Один из основателей современного масонства – Андерсон – писал в предисловии к “Истории” (1738): “Только опытный брат, с помощью истинного света, способен найти многие полезные намеки буквально на каждой странице этой книги, которые неспособны различить непосвященные, в том числе среди масонов” [4].

__________________________________________

2.5. Община.

Адогматизм – беспорядочное извержение и поглощение смыслов – неизбежно выражается в виде воззрения на мир, как на космическую лестницу, и на общину, как на мир в миниатюре.

Эти два понятия – принадлежность к ложе-миру и учение об иерархической лестнице смыслов – порождают ту совершенно уникальную роль, которую играет в масонстве община.

В центре масонства стоит община, соединенная узами братства. Община имеет свое собственное таинство – братские трапезы (агапы), которые выражают обоюдные братские чувства масонов. Во время трапезы масоны составляют замкнутый круг, который символизирует будущее всемирное масонское братство.

Все члены масонства принципиально равны, и различаются лишь степенью проникновения вглубь, за завесу одних и тех же символов.

Таким образом, внутри масонства действует принцип “мистического неравенства”. По словам одного из членов советского “Ордена света” Д.А. Бем: “Думаю, что ни анархизм, ни мистика не могут иметь места, как явления массовые: они – для отдельных индивидуумов” [18. С. 151].

Принципиальная незавершенность познания, о которой учит масонство, – это и есть лестница. Все равны, потому что находятся внутри одной неясности.

Масонские шотландские наставления говорят, что “все, чему учат на первой и второй степенях, столь же принадлежит масонству, как и то, чему учат на третьей” [12. P. 129]. “Масонство открыло тебе одну часть своего учения на первой степени, другую – на второй, а на третьей откроет тебе еще одну: но все это остается масонством” [12. P. 130]. И одновременно с этим “масонство должно навсегда остаться незавершенной историей” [12. P. 133].

Проникновение вовнутрь символов выражается в виде внешней сложной иерархии. Эта иерархия важна для масонской “работы” – ритуала. Пайк говорит: “От начала до конца масонство – это работа” [10. P. 340]. Масонская “работа” – это внутренние тайные ритуальные действия, с помощью которых масонами становятся, и масоны потом воспитываются для работы вне ложи, состоящей в деятельности ради благополучия человечества в соответствии с масонскими принципами. Масонами становятся в трех церемониях: посвящения (первая степень), повышения (вторая степень) и возведения (третья степень). Символы, которые показывают в этих ритуалах и объясняют согласно масонским правилам и словесным намекам, которые содержатся ритуале и масонских лекциях, являются учебником масонских наставлений. Воспитание, таким образом начатое, совершается всей жизнью в ложе, в которой каждый масон должен играть деятельную роль, посещая регулярно собрания, по возможности совершенствуя себя в согласии с масонскими идеалами с помощью тех средств, которые ему предоставляет масонство, принимая участие в обсуждении масонских тем и в управлении ложей, которое понимается как модель управления обществом в целом” [4].

__________________________________________

2.6. Проникновение в Церковь и борьба с установлениями и догматами.

Масонская идеология резко выделяется среди множества адогматических систем, поскольку она, во-первых, стремится проявиться в действии, а во-вторых, считает полезным для себя проникать в традиционные формы религии, и прежде всего Христианство, чтобы разлагать их изнутри.

Когда масонство говорит, что его убеждения являются настолько общечеловеческими, что преодолевают все искусственные созданные человеком границы, то это надо понимать не как отвлеченность. Это действие, поскольку масоны считают себя вправе преодолевать эти границы, и, не разделяя догматов Церкви, проникать в нее и изнутри преодолевать ее догматическую замкнутость. Хотя масонская идеология выглядит, как пропаганда терпимости и мира, в Церкви она оборачивается войной против Богооткровенных истин.

Наставления, выпущенные Великой Ложей Шотландии, говорят, что масонство “имеет свое особое мировоззрение, которое, как оно считает, может быть приемлемо для Церкви, синагоги и других подобных религиозных институций. Учение масонства преодолевает все конфессиональные и сектантские разделения. В плане человеческого поведения оно совместимо с религией, но религиозные темы не должны обсуждаться ни в одной из лож” [12. P. 122].

Пайк отмечает: “масонство не проповедует никакого исповедания веры, кроме своего собственного, простого и возвышенного, которому учат Природа и Разум. На свете нет ни одной ложной религии. Неизменное и всеобщее откровение запечатлено в в видимой Природе и объясняется оно Разумом, и достигает полноты в мудрых притчах веры. Есть только одна истинная религия, одна догма, одно правильное верование” [11. I. P. 271]. Соответственно, – продолжает католический ученый,- Библия также становится масонским символом, и истолковывается как символ Книги Природы или Закон человеческого разумения и совести. При этом христианские и вообще любые догматы, с точки зрения масонства, это лишь преходящие символы, скрывающие одну неизменную истину, “последовательным откровением” и применением которой и является масонская “наука” и “искусство”, по словам Пайка” [4].

Масонство намерено проникать в традиционные религии, и даже в Христианскую Церковь. Чем истиннее, тем лучше: “Многие уставы и формы религии, наипаче Греческой, которая более сохранила почтенное установление свое, принося пользу наблюдающим их, могут и должны приготовлять к правильнейшему и действительнейшему устроению духовных упражнений внутреннего Богослужения” [13. С. 88-89].

Обряды “всего лучше в греческой церкви, ибо заключают столь много глубоких указаний”, по словам русского масона А.А. Витберга [17. С. 65].

Один из наиболее влиятельных русских масонов учит: “Итак, отправления внешней религии есть средство ко внутреннему истинному Христианству. И несмотря на то, что отторглась она от своего источника, и правление света, учредившего ее, сокрылось от нее, всегда однако весьма нужна оная религия, как средство; и ныне много ею пользоваться могут благонамеренные, утверждаясь на откровении Евангельском” [13. С. 89].

Именно потому, что масонство приходит в Церковь с проповедью мира, терпимости и общечеловеческих ценностей, оно немедленно начинает бороться с церковными догматами и верой в сверхъестественное.

Согласно А. Пайку, при возведении в восемнадцатую степень даются следующие обещания: “Я обязываюсь и клянусь всегда придерживаться того, что масонство призвано проповедовать великие несектантские истины, которые не принадлежат исключительно ни к одной из религий, и я обязываюсь и клянусь не требовать от кого-либо признания какого-либо определенного толкования масонских символов, которые я им приписываю в соответствии с моим личным убеждением. Я обязуюсь и торжественно клянусь уважать и поддерживать всеми средствами и во всех случаях Свободу слова, Свободу мысли и Свободу совести в религиозных и политических вопросах” [11. III. P. 68]. На тринадцатой степени даются обещания: “Я торжественно и добровольно обязуюсь повиноваться всем законам и установлениям Ордена, вера которого будет моей верой… Я клянусь посвятить себя, телом и душой, защите невинных, поддержке правых, сокрушению насилия и наказанию всякого нарушения закона Человечности и прав человека… клянусь: никогда ни ради выгоды, ни из-за страха, ни даже для спасения своей жизни, не подчинять и не подчиняться никакому вещественному деспотизму, который может поработить или подавить человечество через узурпацию или злоупотребление властью. Я клянусь: никогда не подчиняться и не терпеть никакого интеллектуального деспотизма, который связывает или сковывает свободу мысли” (11. IV. PP. 470, 479, 488, 520)” [4].

Таким образом, масонская мораль требует борьбы и с властью устанавливать законы.

Излагая взгляды мистического анархиста и основателя Ордена тамплиеров в Советской России А.А. Карелина, современный исследователь А. Никитин пишет: “основы общечеловеческой этики, проступающие во всех великих религиях мира, с предельной четкостью были изложены в заветах раннего Христианства… Однако, чтобы вернуть внимание людей к этой первооснове, помочь понять ее непреходящие истины, большинством не воспринимаемые из-за их механического повторения церковью, выступающей изначально в качестве государственного аппарата принуждения и насилия, человека следовало освободить от обязательного, вызывающего внутренний протест исполнения официального культа, дав ему возможность самому избирать тот путь, который мог привести его в согласие с самим собой, а, стало быть, с окружающим его обществом и с мирозданием в целом” [18. С. 60].

А.А. Карелин считал, что “с самого своего утверждения церковь выступала составной частью структуры государственной власти… посредством подчинения индивидуума, средством организации и стабилизации (консервации) общества на том или ином этапе его развития…

Выход был только один: вернуться к истокам заблуждений и попытаться найти соответствие между этическими постулатами Христианства, способными сформировать духовную структуру личности, и полученными в результате общих усилий человечества знаниями об окружающем нас мире, которые позволяют определить место человека в природе и задачи, которые он должен решать на своем жизненном пути” [18. С. 61].

“Рыцарь ["Ордена света"] – понятие этическое, как лицо совершающее нравственные поступки, очищающее христианские основы от догматов, накопившихся столетиями, затушевавших лик Христа-рыцаря”. В основе этики мистического анархизма “лежала христианская этика, очищенная от примесей церковного догматизма” [18. С. 66-67].

Как мы видим, власть ассоциируется с догматикой, и борьба политическая не отличается от борьбы с властью догматов.

Католический ученый указывает: “Все масоны согласны в объективном значении масонского принципа “гуманизма”, в соответствии с которым вера в догматы имеет второстепенное значение, или даже наносит вред закону всеобщей любви и терпимости. Поэтому масонство противостоит не только католицизму и Христианству, но и вообще системе сверхъестественной истины” [4].

Поэтому не имеет значения существующее противоречие между англосаксонским и латинским масонством. Великий Восток Франции отменил положение об обязательной вере в Великого Архитектора вселенной. С точки зрения англосаксонского масонства, это неверно, поскольку Великий Восток “отклонился от традиции, удалив символы и символические формулы масонства, которые при правильном понимании ни в коем случае не содержат догматических утверждений и которые не могут быть изъяты без ущерба для масонской работы, поскольку эта работа невозможна без двусмысленных религиозных формул, подходящих к любой вере и к любой стадии нравственного развития. С этой точки зрения символ Великого Архитектора Вселенной и символ Библии для масонства имеют основополагающее значение” [4].

Провозглашение откровенного неверия сочтено несоответствующим целям масонства. Но при этом указано, что понимать символ Великого Архитектора и Библии можно как угодно, в том числе и атеистически.

Так символы веры используются для разрушения всякой веры через адаптацию и слияние с ними. Отсюда и происходит такой парадокс, что религиозные символы масонства не только не имеют обычного им религиозного смысла, но и являются подрывными для Церкви и веры.

Представитель Великого Востока Франции писал немецкому исследователю Финделю: “Мы совершенно согласны с вами в том, что любые догматы, утверждается ли в них что-либо или отрицается, коренным образом противоречат масонству, в котором о догматах позволяется учить под покровом символов. А эти символы могут и должны объясняться каждым по его собственному разумению. Только так догматы перестают вносить разделения, а наоборот служат для поддержания согласия. По этой причине наша Великая Ложа сохраняет символ Великого Архитектора, правда, в качестве необязательного для всех членов, поскольку каждый может понимать его в согласии со своими собственными взглядами” (Signale fur die deutsche Maurerwelt. 1905. Leipzig. P. 27)” [4].

В результате, масонство оказывается революционным элементом, руководствуясь самыми общими соображениями: что догмат – это плохо, и что нужно искать иной смысл слов.

Обратной стороной революционности является то, что само масонство впитывает в себя произвольные и не связанные между собой элементы – ведь оно не имеет догматики, чтобы отличить истину от лжи. В XIX веке такой переворот внутри масонства пытались устроить теософы. Современный масонский историк указывает, что в возникновении нерегулярного оккультистского масонства в конце XIX века “огромную роль сыграло Теософское общество. Произошел как бы подземный взрыв, который остался почти незаметным со стороны сильных мира сего, в том числе и масонов” [21]. А как же он мог быть ими замечен, если в адогматическом мировоззрении нет никакого мерила истинности?

__________________________________________

3. Учение о. Кочеткова.

Теперь обратимся к рассмотрению взглядов самого о. Кочеткова.

В системе убеждений о. Кочеткова мы можем увидеть те же основные положения, что и в модернистском богословии вообще. Однако борьба против догматики у нашего автора выставлена прямо на первый план.

Также можно отметить, что никому из модернистов пока не приходило в голову создать на деле такую общину, как в случае нашего автора. То ли их идеи были сильнее, и как бы богаче, – так что о. Флоренский мог жить ими и без структурированного общества единомышленников, – или по иной причине, сказать непросто.

Мы имеем дело с глубоко зашедшим разложением сознания и вынуждены искать нехристианские и чуждые Церкви основания в учении о. Кочеткова. То есть мы исходим из того предположения, что он пришел к своим взглядам не путем извращения православной веры, а прямо из чуждой идейной среды перешагнул в Церковь, изменив терминологию, но не идеологию.

Ведь почему о. Кочетков с самого начала своей деятельности направляет свой взгляд именно на таинства? Они для него не просто не связаны с догматикой и совершенно самостоятельны. Казалось бы, таинства становятся основами его идеологии и критерием истинности или ложности. Но они сами становятся неопределенностью, сами подлежат “личностному” использованию со стороны катехизатора или священнослужителя.

Когда мы сталкиваемся с такой неясностью внутри самой неясности, то мы вынуждены исследовать вопрос подробнее.

В качестве материала возьмем один из трудов о. Кочеткова: Таинственное введение в православную катехетику. Пастырско-богословские принципы и рекомендации совершающим крещение и миропомазание и подготовку к ним. М.: Свято-Сергиевский православный богословский институт в Париже, 1998.

В этом сочинении нас удовлетворяет та видимость научности, которая заставляет о. Кочеткова выражаться хоть в какой-то мере определенно.

__________________________________________

3.1. Ересь о. Кочеткова хочет быть общепонятной.

Как следует из воззрений о. Кочеткова, именно Православная Церковь, как конфессия, является одной из сект, а община о. Кочеткова, напротив, – представительницей всеобщей религии.

Наш автор настаивает на существовании “духовно и культурно универсального, а не конфессионального Православия” [2. С. 147]. Православие не определяется им как исповедание православной веры, поэтому, согласно его воззрению, мистические, сакраментальные (мистериальные) и канонические (юридические) границы Церкви могут не вполне совпадать [1. С. 231, прим. 43].

Духовно и культурно универсальное Православие – это Православие лишенное каких-либо отличительных черт. Оно отличается от церковного тем, что лишено непонятных неверующему положений и слов. Но, скажет православный, в Православии есть многое такое, с чем не согласны язычники, иудеи и инославные? Как сделать так, чтобы православное учение было для них таким же, как их нехристианские или неправославные воззрения? Чтобы достичь этого, о. Кочетков выдвигает положение о свободе, “личностном подходе”, на том основании, что “в Церкви, как и вообще в христианской духовной жизни, шаблонов нет” [2. С. 163].

По его словам, Апостольский собор “свободно допустил принципиальное внутреннее разнообразие и различие внешних форм жизни между новообращенными христианами из иудеев и язычников” [2. С. 155]. Что такое “принципиальное внутреннее разнообразие” и где в постановлениях Собора (Деян. 15:6-29) оно замечено о. Кочетковым? Апостол Иаков, заключая свою речь на Соборе, не допускает внутреннего разнообразия и подчеркивает, что закон Моисеев от древних родов по всем городам имеет проповедующих его и читается в синагогах каждую субботу (Деян. 15:21). Христиане из язычников были освобождены не от чтения и слушания проповеди Ветхого Завета, а от исполнения ветхозаветных обычаев.

Для о. Кочеткова нет определенной границы между Христианством и язычеством. Он пишет: “При проведении бесед следует помнить, что на них всегда должны огласительно преподаваться только бесспорные христианские истины веры и бесспорная христианская правда жизни, желательно без каких-либо особых собственных и других частных мнений” [2. С. 94].

Здесь бесспорное – то, что признается всеми в масонском смысле. Например, если св. Григорий Нисский учил о невечности мучений грешников – значит о вечности мучений учить более нельзя.

Понятно, что при таком подходе обнаруживается, что среди неправославных – много православных, и наоборот. Как пишет о. Кочетков: “Иногда не грех крестить “вновь” иного “православного”, даже слывущего “батюшкой” или “старцем”, и не “перекрещивать” иного простеца – пятидесятника-единственника (унитария) или иеговиста” [1. С. 223, прим. 12а].

Православие, с точки зрения нашего автора, может быть только свободным от конфессиональных предрассудков, и тот, кто не свободен – сам не православный.

Помимо случаев прямого издевательства над православными людьми, вплоть до побуждения к их перекрещиванию, о. Кочетковым в жертву здесь приносится все догматическое устроение Церкви. Взамен его, как и в масонстве, нашим автором предлагается опыт, как жизненный процесс. Читать далее

Категория: ЕРЕСЬ О. ГЕОРГИЯ КОЧЕТКОВА | Просмотров: 191 | Добавил: finik1976 | Теги: Кочетков, масонство | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Вход на сайт
Поиск
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ
©ПОПУЛЯРНОЕ

Канадский мисси...

00:12:05
1 0 0.0

Экуменическое м...

00:20:55
0 0 0.0

митрополит Алек...

00:01:37
2 0 0.0

Награждения экс...

00:01:45
1 0 0.0

Встреча экстрас...

00:00:30
0 0 0.0
Календарь
«  Февраль 2009  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
232425262728
Архив записей
Друзья сайта
antimodernizm
Посетители сайта
Посетители сайта
Посетители сайта
Посетители сайта